Расстрелянный Ярославль. Историк — о трагических событиях столетней давности

22.07.2018 17:28 4

Расстрелянный Ярославль. Историк — о трагических событиях столетней давности

100 лет назад, ранним утром 6 июля, антибольшевистские силы свергли советскую власть в Ярославле, убив руководителей города и губернии из числа большевиков, а также ряд их сторонников. Красные в ответ поставили задачу не просто вернуть город под свой контроль, но и показательно разгромить мятежников – чтобы другим стало неповадно.

Город и его жители оказались заложниками чужих амбиций. В недавно вышедшей из печати книге «Расстрелянный Ярославль» наш земляк, историк-исследователь Евгений Соловьев объективно и обстоятельно рассказывает, как происходило восстание в Ярославле.

«Печеньки» от Нуланса

–Евгений, в исторической науке давно устоялась версия, что мятеж в Ярославле в 1918 году был организован на деньги иностранных государств. Вы нашли этому подтверждение?

– Организатор восстания в Ярославле – созданный Борисом Савинковым подпольный «Союз защиты Родины и Свободы» – получал немалые средства от представителей стран Антанты. На последнем этапе основным спонсором стал посол Франции в России Жозеф Нуланс. Причем он не просто давал деньги, но и через своих доверенных лиц достаточно жестко диктовал подпольщикам сроки проведения мятежа. Восстание планировалось как часть масштабного плана по свержению советской власти. В ходе него англо-французский десант должен был высадиться в Архангельске и начать продвижение к Центру России и Поволжью, в зону мятежа (особая роль отводилась Ярославлю, Нижнему Новгороду, Костроме, Рыбинску).

Вместе с восставшими городами англичане и французы, а также присоединившийся к ним Чехословацкий корпус собирались ударить по Москве и опрокинуть новую российскую столицу. Но эти планы не осуществились.

Десант стран Антанты высадился на месяц позже первоначально оговоренного времени. В некоторых местностях заговорщики так и не смогли подняться, в других продержались от нескольких часов до суток.

– Рыбинск был захвачен повстанцами всего на несколько часов. В Муроме они продержались немногим дольше и сами ушли из города. Почему же в Ярославле антисоветское выступление оказалось таким масштабным и продолжалось 16 дней?

– Причин этому несколько. Во-первых, среди находившихся в губернском городе десятков тысяч бывших офицеров и солдат царской армии, демобилизованных после Брестского мира, и нескольких тысяч беженцев с западных окраин страны, было немало недовольных политикой большевиков. Местное население тоже относилось к ним по-разному.

Представители советской власти нажили много врагов среди промышленников и предпринимателей: реквизировали имущество состоятельных граждан, национализировали предприятия, изымали продовольствие. Социальную обстановку накалял свирепствовавший по всей России еще со времен войны голод: хлеб выдавали по карточкам – скудными порциями, а других продуктов практически и не было. Несомненно, сказался и ослабивший позиции большевиков внутрипартийный конфликт: начались разборки между двумя группами влияния внутри новой элиты – сторонниками председателя горисполкома (по?нынешнему, мэра Ярославля) Давида Закгейма и его оппонента – председателя губернского исполкома (по-современному, губернатора) Николая Доброхотова.

Противоречия между ними достигли апогея к началу лета 1918-го, тогда же в конфронтацию с руководителями вошли левые эсеры, которые пользовались авторитетом у населения и имели своих представителей в органах власти на местах. Разруливать ситуацию в Ярославле поручили военному комиссару Ярославского военного округа Семену Нахимсону. Буквально за три дня до восстания его избрали председателем губисполкома.

– Но бразды правления, вероятно, он держал еще недостаточно твердо?

– Зачатки сопротивления в Ярославле среди местного офицерства фиксировались с начала 1918 года. А в июне из Москвы Савинковым сюда был командирован полковник – один из военных руководителей «Союза защиты Родины и Свободы» Александр Перхуров. Он застал заговорщиков в достаточно неорганизованном состоянии, и ему стоило немалых усилий превратить их в боеспособный отряд.

Число активных членов антисоветской подпольной организации было небольшим –100?200 человек, в основном – военные с большим боевым опытом, причем часть их накануне восстания прибыла из других городов. В ночь с 5 на 6 июля за несколько часов, не встречая особого сопротивления, они разоружили большевиков и взяли власть в Ярославле.

В первый день мятежа были убиты Семен Нахимсон, Давид Закгейм и еще несколько человек, но массовых расстрелов советских руководителей не происходило.

Торговый центр против рабочих окраин

– Как горожане отнеслись к смене власти?

– Повстанцы смогли установить контроль только над частью Ярославля – его центром и левым берегом Волги в районе Твериц, Яковлевской слободы. Примерно неделю они удерживали стратегический объект – железнодорожный мост через Волгу. При этом рабочие кварталы Ярославской Большой мануфактуры, вся Закоторосльная часть, станция Всполье (ныне – Ярославль-Главный) остались под контролем красных.
Многие жители центра Ярославля – предприниматели, студенты, мещане – торжественно приветствовали восставших.

В первые два дня к ним примкнули, записавшись добровольцами, до 6 тысяч человек. Повстанцы рассчитывали, что в их ряды вольются тысячи рабочих промышленных предприятий и крестьян, недовольных продразверсткой.

Группы крестьян действительно приходили, получали оружие, но большинство из них возвращались обратно под предлогом того, что идут защищать свои дома.

– Известен исторический факт: в первый же день захвата власти перхуровцы объявили ни много ни мало… войну Германии.

– Кадровые офицеры – члены «Союза защиты Родины и Свободы» во время Первой мировой войны видели, как левые занимались разложением русской армии под лозунгами «Мир без аннексий и контрибуций», отменяли звания и чинопочитание, участвовали в расстрелах офицеров. В конце концов, это привело к тому, что Российская империя проиграла Первую мировую войну (а прежние ее партнеры по коалиции чуть позже одержали верх над Германской империей, получив лавры и выгоды победителей). Поэтому повстанцы хотели вернуть Россию в состав участников Первой мировой войны и аннулировать Брестский мир. Этим воспользовались послы стран Антанты: они стремились оттянуть войска Германии с западного фронта на восточный. Но возвращаться в окопы жители Ярославля не очень?то хотели. В результате даже на пике восстания у повстанцев было от 1 500 до 2 000 штыков. Ряды их таяли, и через две недели осталось не более 600-700.

– А против них сражались…

– 3-5 тысяч бойцов. Центр города обстреливали несколько артиллерийских батарей. Одна из них стояла на Туговой горе и била через Которосль прямой наводкой.
Бронепоезд №2 «Победа или смерть» занимал боевую позицию от станции Всполье по железнодорожной ветке до моста через Волгу, его залпы сеяли смерть и разрушения. Позднее к нему присоединились еще два. По оценке очевидцев того времени, по Ярославлю было выпущено до 75 тысяч снарядов. Его бомбили и с самолетов. Красные хотели не просто вернуть губернский центр под свое управление, но и продемонстрировать показательное подавление антисоветского выступления в отдельно взятом городе.

Горячие головы предлагали стереть город до основания. К счастью, этого не произошло. Но целые кварталы были уничтожены взрывами или сгорели в огне пожаров. Около 50 тысяч жителей лишились крова.

– На протяжении 70 лет в адрес Перхурова звучали обвинения в том, что он и его единомышленники организовали восстание на деньги империалистов, сами же позорно бежали, бросив соратников на смерть, а город – на уничтожение.

– Чтобы понять логику повстанцев, нужно погрузиться в реалии того времени: для них французы были союзниками по коалиции. Когда стало ясно, что сопротивление захлебывается, руководитель восстания с отрядом в 50 человек вырвался из города. Он пытался собрать крестьянское ополчение, чтобы ударить в тыл красным. Безуспешно. Тогда его сторонники рассеялись, а он сам ушел в Казань. Эту вылазку в советскую эпоху трактовали как позорное бегство. Дальнейшая судьба руководителя Ярославского восстания дает основания оспорить это утверждение.

– Оставшись без лидеров и вдохновителей, сколько продержался Ярославль?

– Недолго. Сам Ярославль и местные жители оказались заложниками мятежа. Город страшно бедствовал: на второй день восстания была разрушена водокачка, и вода оказалась на вес золота. Горожане гибли под выстрелами, когда спускались к реке с ведрами. По?прежнему, было очень голодно. Кругом полыхали пожары.

Ярославль понес огромные потери: во время мятежа погибло до двух тысяч человек – участников противостояния и мирных жителей. Треть всех городских строений сгорела, остальные были повреждены пулями и снарядами. От обстрелов и пожаров по-
страдали и были частично уничтожены три монастыря и больше 20 церквей. Из 75 фабрик и заводов сгорело или было разрушено двадцать. На реках Волге и Которосли повреждено, сгорело или затонуло 18 пароходов, 12 пристаней и 25 барж с товарами и грузами. Четверть населения осталась без крыши над головой, а треть полностью лишилась всего имущества. 40 тысяч человек покинули город.

– Долгое время Ярославское восстание именовали исключительно белогвардейским мятежом и оценивали крайне негативно. В девяностые годы его организаторов едва не возвели в ранг героев. Где же истина?

– Она, как обычно, лежит где-то посередине. Хочется процитировать русского писателя Михаила Осоргина, который по поводу гражданской войны писал: «Стена против стены стояли две братские армии, и у каждой были своя правда и своя честь. Правда тех, кто считал и родину, и революцию поруганным новым деспотизмом и новым, лишь в иной цвет перекрашенным насилием, – и правда тех, кто иначе понимал родину и иначе ценил революцию, кто видел их поругание не в похабном мире с немцами, а в обмане народных надежд… Были герои и там и тут; и чистые сердца тоже, и жертвы, и подвиги, и ожесточение, и высокая, внекнижная человечность, и животное зверство, и страх, и разочарование, и сила, и слабость, и тупое отчаяние. Было бы слишком просто и для живых людей, и для истории, если бы правда была лишь одна и билась лишь с кривдой: но были и бились между собой две правды и две чести, – и поле битвы усеяли трупами лучших и честнейших».

Давайте решать конфликты мирно, за столом переговоров, и не допускать кровопролития и жестокости!

***

Ярославль был расстрелян и практически уничтожен. Разрушение «русской Флоренции» – города с уникальной анфиладой площадей, c регулярной застройкой, какую еще поискать среди культурных центров Европы, с собственной монументальной школой живописи – мировая общественность била тревогу.

Советская власть не смогла остаться в стороне. Ленин издал декрет, по которому в Ярославле была создана реставрационная комиссия. По сути она стала одной из первых советских реставрационных мастерских. На пепелище белогвардейского мятежа был направлен молодой Петр Барановский. Это теперь он известен как патриарх советской реставрации, основоположник научного подхода в этой отрасли.

Петр Дмитриевич со своей командой практически отстроил город заново. Подробностями их работы поделился председатель Ярославского областного отделения ВООПиК Вячеслав Сафронов:

– Петр Барановский примчался в Ярославль так быстро, как только мог, прихватив с собой 17 брезентовых полотен для того, чтобы прикрыть все основные пробоины на важнейших ярославских памятниках и сохранить уникальную живопись. Одним из главных объектов для него становится церковь Петра и Павла на Волжском берегу. Она располагалась на месте нынешнего въезда на мост на Октябрьской площади. Место уникальное, с которого, по некоторым преданиям, начинался Ярославль. К сожалению, после завершения реставрации храм был взорван, как и Успенский собор, в восстановление которого также было вложено немало труда. Петр Дмитриевич тогда поклялся больше никогда не ступать на ярославскую землю, в чем ему «помог» ГУЛАГ. Власть не могла не заметить несоветского стремления Барановского к сохранению церковной росписи, особую заботу о храмах в ущерб, возможно, светским зданиями.

Нам Барановский оставил восстановленную центральную часть Ярославля – в том объеме, в котором она вошла в наследие ЮНЕСКО. Церковь Ильи Пророка, дом Дунаевых с керамическими скульптурами Атлантов, Ротонда, торговые ряды в их нынешних границах и, конечно же, Спасо?Преображенский монастырь – все это заслуга той команды реставраторов.

Работы в районе Богоявленской площади были самыми тяжелыми. Ведь штаб белогвардейцев находился в здании нынешнего Главпочтамта. Особенно сильно пострадал монастырский кремль. Неоценимую помощь Барановскому оказал Илларион Тихомиров – выдающийся художник, краевед, ученый секретарь ярославской губернской ученой архивной комиссии. Именно он стал неисчерпаемым источником сведений об исходном состоянии реставрируемых объектов. И если Барановский сгнил в лагерях, то Тихомирова ждало чуть лучшее будущее. «Всего лишь» в нищете, он доживал свой век во флигеле экспроприированной у него фамильной усадьбы. Такова судьба людей, вернувших поколениям ярославцев право жить в прекраснейшем городе на Волге.

Кстати, участники «круглого стола», который проходил 6 июля в Лермонтовской библиотеке, подписали прошение об увековечении памяти Тихомирова и Барановского, предложив переименовать в их честь улицу Кедрова и Советский переулок. Может, хоть так потомки смогут отблагодарить их за возрожденный Ярославль.

Выживший

В течение недели город подвергался массированному артиллерийскому обстрелу (всего было выпущено более 75 тысяч снарядов), в последние дни – из орудий 6- и 8-дюймового калибра.

16 июля в городе была применена первая в истории советской России авиационная бомбардировка – причем по собственной территории, заселенной мирными жителями. А ближе к концу восстания войска объявили о своей готовности применить химическое оружие, «срыть Ярославль до основания»…

В центре города было разрушено более 70% домов, практически уничтожен его промышленный потенциал. Уже к сентябрю 1918 года население города сократилось едва ли не вдвое – со 130 тысяч до 76 тысяч человек.
Итоги восстания плачевны: тысячи убитых, десятки тысяч навсегда покинувших родные дома и впоследствии – полностью перестроенный город (восстановление центра продолжалось до 60-х годов!). Изумление вызывает сам факт, что Ярославль сохранился как региональный центр России. И остается лишь гадать, каким бы был город сегодня, не доведись ему пройти через ад 1918 года…

Нет смысла теперь, через сто лет, занимать чью-то позицию, тем более что история давно решила, кто победил, а кто проиграл. Но сегодня, независимо от наших политических предпочтений и взглядов, мы просто обязаны хотя бы на минуту вспомнить о том, что случилось на этой земле ровно век назад. Об обреченной попытке одной стороны и необъяснимо жестокой реакции на нее – с другой. О том, как был смертельно ранен Ярославль, как стоял на краю пропасти и глядел в глаза верной гибели и каким чудом он после этого выжил. Зачем? Наверное для того, чтобы полюбить его еще больше…

Источник

Следующая новость
Предыдущая новость

С начала 2019 года минимальный набор продуктов в Челнах подорожал на 105 рублей В Ярославской области более чем на 47 процентов снизилось количество правонарушений среди несовершеннолетних ВТБ снизил ставки по автокредитованию LADA В Татарстане покупатели устроили давку из-за бесплатной помады — видео В Челнах пройдут традиционные ярмарки «Новогодний гусь»

Последние новости